+18+ Ukrainian war crimes
tornitore

War crimes of the Ukrainian army in Donbass. Die Militärverbrechen der ukrainischen Armee in Donbass. Crimes de guerra do exército ucraniano em Donbass. Les crimes de guerre de l'armée ukrainienne à Donbass. Los crímenes de guerra del ejército ucraniano en Donbass. Украински воени злосторства,
Krime lufte të Ukrainës,Oekraïens oorlogsmisdade,Украински военни престъпления,Ukrajinski ratni zločin,Ukrán háborús bűnök,
Ukrainian kaua hewa,Ουκρανικά εγκλήματα πολέμου,Ukrainske krigsforbrydelser,coireanna cogaidh Úcráinis,
Crímenes de guerra ucranianos,Sûcên ukrayna,Ukrainas kara noziegumi,
Ukrain Krichsverbriechen,Oekraïense oorlogsmisdaden,
Jenayah perang Ukraine,Reati tal-gwerra Ukraini,
Украины дайны гэмт хэрэг,
Crimes de guerra ucranianos,
Ukrajinski vojni zločin,Ukrayna savaş suçları,
Ukrainske krigsforbrytelser,
Mga krimen sa digmaan sa Ukraine,ҷанги Украина,Ukraina sõjakuriteod, Українські військові злочини,
Ukrajinské válečné zločiny, Ukrainska krigsförbrytelser,
Ukraina urush jinoyatlari,
Ուկրաինայի պատերազմական հանցագործությունները ,
Украінскія ваенныя злачынствы,
ইউক্রেনীয় যুদ্ধ অপরাধ ,
უკრაინის ომის დანაშაული ,
Ucraina tội ác chiến tranh , אוקרייניש מלחמה קריימז , Kejahatan perang Ukraina ,
Украинанын согуш кылмыштары , د اوکراین جنګي جرمونه , உக்ரேனிய போர்க்குற்றங்கள் , ອາຊະຍາກໍາສົງຄາມອູແກຣນ , อาชญากรรมสงครามยูเครน , kejahatan perang Ukraina
Tags: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Крах опасного замысла
tornitore
Г. Г. Власов,
ПОЛКОВНИК
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
В ночь на 1 сентября 1942 года наземные посты службы воздушного наблюдения, оповещения и связи 7-й воздушной армии Карельского фронта зафиксировали перелет через линию фронта немецкого самолета. Через два часа линию фронта пересек еще один «юнкере». Оба самолета следовали со стороны оккупированного противником Петрозаводска через Онежское озеро на восток. Об этом сразу же стало известно чекистам 7-й воздушной армии, а через них — руководству Особого отдела Карельского фронта.
Подобные перелеты на различных участках фронта бывали и ранее. Противник использовал авиацию для ведения воздушной разведки в нашей прифронтовой полосе, бомбардировки железных дорог. Случалось, самолетами забрасывались в советский тыл и шпионско-диверсионные группы. Поэтому Особый отдел принял необходимые меры. Во все подчиненные особые отделы армий и дивизий были направлены ориентировки. О возможном появлении вражеских агентов в глубоком тылу сообщено руководителям управлений госбезопасности Карелии, Архангельской и Вологодской областей.
Выполняя полученное указание, заместитель начальника Особого отдела 7-й воздушной армии подполковник Т. А. Чижевский с помощью командования организовал авиаразведку районов возможной высадки фашистских агентов. Еще до рассвета поднялся в воздух специальный самолет. На его борту находились сотрудники разведки штаба воздушной армии и оперативный работник Особого отдела капитан П. Н. Любимов. Самолет пролетел по разным маршрутам, но места выброски парашютистов не установил. При вторичном полете удалось заметить скрывавшихся в лесу 4—5 человек, ко-
J50
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
торые предположительно и были приняты за вражеских парашютистов.
В конце дня руководству Особого отдела Карельского фронта стало известно, что утром 1 сентября радисты Центра зафиксировали почти одновременный выход в эфир двух ранее неизвестных радиостанций. Сигналы были из района Вытегры Вологодской области и из лесного массива близ Коноши Архангельской области.
В тот же вечер начальнику Особого отдела Карельского фронта сообщили из Управления госбезопасности Архангельской области: «Нами получены достоверные данные о высадке большой группы вражеских парашютистов в районе Коноши». Немного позже стали известны подробности появления агентов противника.
Утром 1 сентября бригадир лесопункта Кокорин по телефону сообщил секретарю Коношского райкома партии Н. А. Германову, что ночью над лесом кружил самолет. Он сбросил две упаковки на парашютах. Сформированный из местных чекистов, сотрудников милиции и бойцов истребительного батальона оперативный отряд выехал на указанное место. В двадцати километрах южнее Коноши, в районе лесопункта, бойцы оперативного отряда обнаружили 13 парашютов, 7 больших ящиков, наполовину освобожденных от груза. В ящиках находились палатки, резиновые лодки, рации иностранного производства, аппараты для подслушивания телефонных разговоров, яды для отравления собак, продовольствие.
Чекисты обратили внимание, что парашютисты не могли взять с собой все сброшенные для них предметы снаряжения и продукты, а также замаскировать ящики и парашюты, и быстро покинули этот район. Позднее выяснилось, что летчик принял горящие костры, оставленные рабочими лесопункта, за сигнальные, которые должны были развести агенты, выброшенные с первого самолета. Это и привело к тому, что парашютисты оставили на месте приземления много «следов».
Действительно, шпионская группа, заброшенная немецкой разведкой в район Коноши, оказалась в трудном положении. Агенты сразу поняли, что они приземлились не там, где намечалось. Об этом чекисты узнали из захваченных ими позднее личных дневников вражеских лазутчиков Тарту и Рандмяе. Эти дневники оказали че-
151
Г. Г. Власов
кистам большую помощь в раскрытии опасного замысла гитлеровского командования. Агент Тарту в дневнике записал:
«...Пишу эти строки в далеком русском тылу. Нахожусь на страже. Ребята отдыхают от ночного перелета. Вылетели вчера в половине двенадцатого из Таллина — Нымме. Фронт пересекли на высоте 3500 метров. Температура — 10 градусов. После двухчасового полета летчик дал сигнал: «Подготовиться к высадке». Вскоре последовала вторая команда: «К прыжку». Должно быть мы приземлились где-то около поселков русских. Это для нас очень страшно. Никто не должен знать о нашем прибытии. Если приземление будет замечено — дело плохо.
...Каждый из нас думал, что мы попались. Начали быстро разыскивать ящики, чтобы добыть оружие и питание. Быть готовыми ко всему. Удалось обнаружить пока только четыре ящика.
...Смотрю на парабеллум. Думаю, что сейчас это мой лучший друг. Местонахождения пока не установили. Все спокойно, все в порядке. Главное — хладнокровие и трезвость.
...О первой группе ни слуху, ни духу, а она должна была нас встретить. Очевидно, пилот сбросил нас в другом месте. Сегодня установлена связь с центром. Если ночью найдем остальное снаряжение, сможем приступить к выполнению задания. Разведка окрестностей обещает много хорошего».
Выходит, рабочие лесопункта «подвели» вражескую разведку. Шпионы приземлились на покос. Никто из первой группы их не встретил. Они поняли, что попали не туда, куда нужно. Лазутчиков охватил страх. Схватились за оружие, но стрелять не пришлось: у горящих костров ночью никого не бывает. Работавшие на покосе рабочие лесопункта ушли ночевать в деревню. Но такова уж психология шпиона: ему постоянно кажется, что за ним все время следят, наблюдают.
О целях выброски вражеских агентов среди чекистов Коношского района на первых порах высказывались разные предположения. Ясно было одно: врага, очевидно, интересует железнодорожная магистраль, значение которой трудно переоценить. Стратегическое значение Северной железной дороги в условиях войны было чрез-
152
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
вычайно велико. Из Мурманска и Архангельска в центральную часть страны движется английская и американская боевая техника, из Воркуты идут составы с углем. Но оставалось много других загадок. Сколько шпионов выброшено? С каким заданием? Где и что конкретно они намерены предпринять?
Судя по всему, противник замышлял что-то весьма серьезное. Надо было действовать немедленно. И чекисты действовали.
Из Коноши в Архангельск полетела срочная телеграмма. О выброске вражеских агентов в районе Коноши Архангельск информировал Москву. В Москве этой информации было придано исключительное значение. В Коношу и в соседние районные центры — Каргополь, Няндому, Плесецк — выехали группы чекистов Архангельского управления госбезопасности. Их возглавляли начальник управления Мальков, его заместители Песцов и Калининский.
Штаб руководства операцией по розыску и задержанию вражеских агентов возглавил комиссар госбезопасности 3-го ранга Павел Тихонович Куприн. Он прибыл из Москвы с группой сотрудников. Перед войной П. Т. Куприн работал начальником Управления государственной безопасности по Ленинградской области. В июле 1941 года был назначен начальником Особого отдела Ленинградского фронта, а через год переведен в Москву.
По прибытии в Коношу П. Т. Куприн ознакомился с оперативной обстановкой, осмотрел предметы шпионского снаряжения. От железнодорожников стало известно, что на участке между разъездом Тимме и станцией Шелекса подорваны рельсы, пострадали паровоз и четыре вагона, убит машинист Маклаков. Территория вокруг места аварии оказалась заминированной. В десяти километрах южнее убита стрелочница и взорвана стрелка. На протяжении нескольких дней радисты фиксировали появление двух ранее неизвестных раций в районе Каргополь — Няндома — Коноша. Переговоры велись при помощи цифрового кода. Связь устанавливалась с радиостанцией, находившейся в оккупированном гитлеровцами Таллине.
Комиссар госбезопасности П. Т. Куприн имел основания считать, что это дело рук военной разведки гит-
753
Г. Г. Власов
леровской Германии. Он знал, что в Таллине размещается территориальный орган разведки и контрразведки вермахта «Абвернебенштелле-Ревал», условно называемый по имени его шефа «Бюро Целлариуса». Этот крупный центр абвера располагал собственной авиацией, имел суда специального назначения, мощную радиостанцию под условным наименованием «Пагар». Она поддерживала связь с вышестоящими органами абвера, резидентурами, а также с самолетами и судами. Там же, в Таллине, находилась глубоко законспирированная радиостанция для связи с агентурой, засылаемой в тыл Красной Армии. «Бюро Целлариуса» имело близ Таллина школы по подготовке разведчиков и диверсантов в Кейла-Юа, Лейтсе, Мыза-Кумна.
Кто же такой Целлариус, именем которого назывался крупный разведывательный орган абвера? Фрегат-капитан Александр Целлариус на протяжении длительного времени играл видную роль в фашистской военной разведке. Еще задолго до войны по заданию шефа абвера адмирала Канариса он поддерживал тесные связи с военными разведками армий буржуазной Эстонии и Финляндии, а позднее был аккредитован в Таллине в качестве военно-морского атташе фашистской Германии. Одновременно он возглавлял созданный Канарисом в 1939 году в Хельсинки разведывательный и контрразведывательный орган абвера «Кригсорганизацион Фин-лянд». После начала войны Германии с СССР Целлариус развернул работу по организации добровольческих диверсионно-десантных отрядов «Эрна» из числа эстонских буржуазных националистов, проживавших в Финляндии, и засылке их в тыл Красной Армии для создания бандитского подполья. В ходе войны «Абвернебенштел-ле-Ревал» вместе с финской разведкой готовил и перебрасывал в тылы Ленинградского и Карельского фронтов агентов с разведывательными и диверсионными заданиями.
Многое поведала чекистам обнаруженная на месте высадки агентов аэрофотосхема местности, ще они должны были действовать. Изготовленная в июне 1942 года в масштабе 1:33 000, она позволяла распознавать даже отдельные дворы в населенных пунктах, служебные помещения на железнодорожных станциях.
Тщательно рассмотрев аэрофотосхему и сделанные на
Ш
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
ней пометки, чекисты пришли к выводу, что центром шпионских устремлений противника является озеро Ла-ча. Но чем оно могло заинтересовать вражескую разведку?

Крах опасного замысла
tornitore
Озеро Лача, протянувшееся с севера на юг на тридцать три километра и шириной четырнадцать километров, расположено в юго-западной части Архангельской области, примерно в девяноста километрах к западу от Северной железной дороги. Мелководно. Наибольшая глубина около пяти метров. Не имеет глубоко вдающихся заливов. Озеро питают шесть небольших рек. Вытекающая из него река Онега впадает в Белое море. Озеро судоходно. Замерзает с ноября по май. Ближайшие железнодорожные станции Няндома и Коноша. В пяти километрах от северного берега озера расположен город Каргополь, от которого идет на восток шоссейная дорога в сторону Няндомы, на запад — в Карелию, на север — в Архангельск.
У чекистов возникло предположение: если враг задумал перерезать Северную железную дорогу Архангельск — Вологда — Москва, то не исключено, что для осуществления этой операции или по крайней мере первого ее этапа он может гидросамолетами выбросить десант на озеро Лача.
— Теперь становится понятным,— заметил комиссар госбезопасности Куприн,— с какой целью в летние месяцы наведывались в эти края вражеские самолеты. Несомненно, велась воздушная разведка. Данные о намерении «Бк5ро Целлариуса» забросить в глубокий тыл Ленинградского и Карельского фронтов своих агентов поступали в наши органы еще в июне. Правда, не было известно ни района, ни времени выброски. Сейчас, когда она состоялась и аэрофотосхема в наших руках, можно со всей определенностью сказать: фашистское командование готовит в этом районе крупную подрывную акцию.
Забегая вперед, отметим, что через некоторое время штаб комиссара госбезопасности П. Т. Куприна получил от задержанных агентов абвера достоверные данные, подтвердившие предположение чекистов о возможной высадке вражеского десанта на озеро Лача. Стало известно, что подготовку разведывательной операции специального назначения, которая должна была предшествовать воздушному десанту, фрегат-капитан Целла-
J55
Г. Г. Власов
риус начал еще в декабре 1941 года. В решении этой важной задачи он рассчитывал прежде всего на помощь эстонских буржуазных националистов, и не без оснований.
Еще задолго до вхождения Эстонии в состав Советского Союза второй, разведывательный, отдел генерального штаба эстонской армии, во главе которого стоял полковник Маазинг, а позднее полковник Саарсен, фактически являлся филиалом немецко-фашистской разведки в Эстонии. Полковник Маазинг ежегодно приезжал из Таллина в Берлин, а работники абвера по мере необходимости сами выезжали в Эстонию. Часто бывал там фрегат-капитан Целлариус. Полковник Саарсен, ставший начальником эстонской военной разведки после Маазинга, с 1940 года проживал в Берлине. Он передавал в абвер донесения о становившихся ему известных фактах, которые представляли интерес для управления «Абвер-заграница». Когда германские войска оккупировали Эстонию, Саарсен был направлен туда и под руководством Целлариуса занимался разведкой и контрразведкой против Советского Союза.
Бежавший из Эстонии капитан Кристьян, работавший до 1940 года в эстонской разведке в качестве руководителя разведывательного отделения, поселился в Финляндии. Там он был принят на работу в финскую разведку и получил звание майора. Из Финляндии Кристьян посылал в абвер ценные сведения, касающиеся не только Советского Союза, но и относящиеся к другим странам. Активно работал на немецко-фашистскую разведку и капитан Кургвель из второго отдела генерального штаба эстонской буржуазной армии.
После вступления гитлеровских войск на территорию Эстонии эти верные слуги свастики вернулись в Таллин, были зачислены на штатные должности в «Бюро Целлариуса» и продолжали не за страх, а за совесть служить фашистской Германии.
Получив указание Центра о проведении широкомасштабной разведывательной операции в глубоком тылу Карельского фронта, решение задачи по подбору и подготовке исполнителей этой шпионской акции, фрегат-капитан Целлариус возложил на своих ближайших помощников — майора Кристьяна и капитана Кургвеля. Старшим был назначен Кристьян, имевший больше опы-
156
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
та по подготовке и заброске агентов на территорию Советского Союза.
Прошло немного времени, и Кристьян доложил Цел-лариусу данные на полтора десятка подобранных им агентов.
Почти все они до 1940 года служили в эстонской буржуазной армии, имели унтер-офицерские звания. Являлись ненавистниками нового строя в Эстонии, с установлением которого бежали в Финляндию, Швецию, Германию. Многие из них определились на службу в армии этих стран, установили связь с их разведками, обучались в разведшколах и уже выполняли подрывные задания в тылу Советского Союза. Все состоят в кай-тселите — полувоенной националистической организации.
Некоторые из этих агентов Кристьян знал ранее лично. Во время работы в финской разведке он разыскал в Финляндии Освальда Кривайна, который был добровольцем финской армии, участвовал в зимней войне 1939—1940 годов против СССР, позднее обучался в школе абвера и в 1941 году, перед войной был направлен в Нарву для выполнения разведывательного задания. Агент Люттер действовал против советских войск на острове Саарема в июле 1941 года. За успешное выполнение задания был награжден немецким командованием Железным крестом второй степени. Агенты Артур Рягастик, Оскар Люттер, Харольд Петерсон, Освальд Кривайн, Харольд Рооберг входили в состав диверсионной группы «Эрна». Участники этой группы в июле 1941 года на трех катерах прибыли из Финляндии в Эстонию и совершили террористический «акт возмездия» в отношении местных жителей, ставших советскими активистами.
Все агенты, подобранные Кристьяном и Кургвелем для разведывательной операции, были спортсменами, имели хорошую физическую подготовку, владели русским языком. Немалое значение имело и то, что их семьи проживали в Эстонии.
Собрав агентов, включенных в состав разведывательной группы, Кристьян объявил приказ фрегат-капитана Целлариуса о том, что за время обучения им будет выплачиваться по 210 немецких марок каждому, а их семьи
157
Г. Г. Власов
будут обеспечены продовольственными пайком и карточками.
На следующий день Целлариус рассмотрел и утвердил программу подготовки агентов, и вскоре она развернулась по всем линиям.
«Реферат люфт», специальное авиационное подразделение «Бюро Целлариуса», приступило к воздушной разведке, фотографированию района предполагаемой высадки воздушного десанта и отработке аэрофотосхем.
Опытные специалисты по организации шпионажа и диверсий начали подготовку агентов. Они обучали их радиоделу, топографии, методам сбора и передачи разведывательных сведений, умению пользоваться минами и аппаратурой для подслушивания телефонных разговоров, одним словом, всему тому, что может потребоваться при выполнении задания в советском тылу. Большое внимание уделялось физической подготовке, ходьбе на лыжах, ориентированию на местности, передвижению по обусловленным на карте маршрутам, по компасу и радиосвязи.
Несколько месяцев группа занималась в Таллине, а затем базой для тренировок была избрана разведывательная школа в местечке Вазен на оккупированной территории Советской Карелии.
Вся работа по подготовке агентов проходила под руководством майора Кристьяна. Занятия и тренировки велись весьма интенсивно.
В конце августа подготовка была завершена. Агенты прибыли в Таллин, где Целлариус и Кристьян разделили их на две группы и назначили старших из числа унтер-офицеров. Старшим первой группы стал Люттер, он же радист Пауль, второй — Тяхесте. Общее руководство операцией было возложено на Рягастика.
Майор Кристьян довел до сведения участников разведывательных групп детально разработанное задание.
Главная задача первой группы — сбор сведений о железной дороге Архангельск — Вологда — Москва. Агентам требуется установить интенсивность движения составов, характер грузов, следуемых в обоих направлениях, состояние охраны дороги. Одновременно следует выяснить регулярность рейсов транспортных самолетов по линии Архангельск — Москва. На вторую группу Кристьян возложил задачу сбора данных о местах рас-
755
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
положения воинских частей, их численности, боевой оснащенности. Выполнение этой задачи, добавил он, облегчается тем, что, по имеющимся данным, воинских гарнизонов в тех краях очень мало. Зато необходимо обязательно установить, где находятся аэродромы и посадочные площадки, их размеры, количество базирующихся самолетов.
Затем Кристьян отметил важность еще одной задачи, возлагаемой на агентов абвера.
Второй группе надлежит во что бы то ни стало,— подчеркнул он,— узнать глубину, площадь и особенности береговой линии озера Лача и соседних с ним озер с целью определения возможной посадки на них гидросамолетов, а также состояние и пропускную способность шоссейной дороги Каргополь — Няндома.
Далее майор Кристьян разъяснил агентам, что все эти сведения необходимо собирать путем личного наблюдения. Разрешается прибегать к беседам с отдельными служащими и солдатами охраны из числа русских, но при условии, что каждый опрошенный после разговора с ним подлежит уничтожению. На первых порах встреч с местными жителями следует избегать, чтснбы не навлекать на себя подозрений, что, естественно, может осложнить выполнение задания.
Контейнеры с продовольствием и питанием для раций будут регулярно доставляться вам воздушным путем в указанные вами места. Через две недели мы вывезем вас из тыла противника специальным самолетом. По возвращении все вы получите большие деньги, награды и хорошие места в германской армии,— в заключение объявил своим питомцам майор Кристьян, и добавил: — Вы располагаете всем необходимым для успешного выполнения задания.
От имени Центра, фрегат-капитана Целлариуса и от себя лично он пожелал им успеха в предстоящем разведывательном рейде. И счел нужным добавить, что до места их выброски в советском тылу он полетит на самолете вместе с ними. За длительный период общения с агентами Кристьян сумел внушить им веру в успех операции. Шпионы были убеждены, что выполнят полученное задание и благополучно возвратятся на родную землю.
На другой день с наступлением темноты с таллин-
159
Г. Г. Власов
ского аэродрома поднялся немецкий самолет «юнкере» с советскими опознавательными знаками и взял курс на восток. Через несколько часов по тому же маршруту направился второй «юнкере». Оба самолета с посланцами фрегат-капитана Целлариуса без происшествий достигли цели и вернулись в Таллин. В глубокий тыл Ленинградского и Карельского фронтов были заброшены две шпионские группы из 13 агентов абвера.
...В день прибытия в Коношу П. Т. Куприн провел совещание с чекистами, сотрудниками милиции, руководителями поисковых групп, представителями войск, охранявших тыл Карельского фронта. С учетом всех полученных данных о выброске вражеских агентов была проанализирована оперативная обстановка. В целях активизации розыска шпионов и пресечения подрывных акций с их стороны рассмотрели план неотложных мер, к выполнению которого участники операции приступили незамедлительно. Была усилена охрана железной дороги, мостов, станций и других важных объектов. На перекрестках лесных дорог, просек, речек выставили посты наблюдения. В места вероятного появления шпионов направили маршрутные группы, в состав которых в качестве проводников включили лесников, охотников, рыбаков.
Война наложила свой отпечаток на лесные просторы Севера. Тайга стала немноголюдной. Нечасто в лесу можно было встретить охотника, услышать лай собаки.
Летом 1942 года в тихие просторы Севера зачастили самолеты с советскими опознавательными знаками. Но, похоже, не наши. Среди местных жителей поползли разные слухи: где-то самолет сбросил бомбу, повредив полотно железной дороги, в другом месте обстрелял лесорубов. Понятно, что наши летчики поступать так не могли.
С первых дней сентября слухов стало еще больше. В одной из деревень неизвестные похитили из дома продукты, в другой ограбили магазин. На переправе через речку кто-то угнал плот. У рыбаков на озере не оказалось на месте лодки. Так жители Севера, хозяева тайги, не поступают. Для всех стало ясно: в тайге появились чужие люди. Об этом сразу же посыпались заявления в партийные и советские органы, к чекистам и работникам милиции. А когда местные жители узнали, что
160
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
в тайге скрываются шпионы, для поиска которых предпринимаются активные меры, они стали предлагать чекистам свою помощь.
По просьбе комиссара госбезопасности Куприна партийные и советские органы Коношского района сообщили о выброске вражеских агентов коммунистам, комсомольцам, районному активу, всем сельским Советам. Учителя предупредили школьников о возможной опасности. В соседние районы выехали руководящие работники Архангельской области для принятия необходимых мер на случай появления там шпионских групп. Кроме чекистов и работников милиции к розыску шпионов были привлечены курсанты военного училища, пограничники, охранявшие войсковой тыл, сотни местных жителей. В тайгу двинулись вооруженные поисковые группы.
Перед всеми участниками поиска штаб поставил задачу — найти и обезвредить фашистских агентов. Большую роль в ее решении играли проводники, включенные в каждую поисковую группу. От проницательности этих хозяев тайги, хорошо знавших местность, не ускользало то, на что другой не обратит внимания: где и как разведен костер, в каком состоянии он оставлен. Болотистые места, торф — и вдруг костер. Чужая работа. На опушке леса разворочен стог сена. Так местные жители не делают.
Поисковая группа подходит к лесной избушке. Местный охотник говорит, что в ней ночевали не наши люди. Какие признаки? Не обнаружил вязанки дров, щепы для растопки, спичек. Северяне так не поступают. Переночевав, они все оставят для другого человека, которого ночь застигнет в лесу.
Вражеские лазутчики, оправившись от тревог и переживаний, вызванных не совсем удачным приземлением одной из групп, на первых порах чувствовали себя на нашей земле относительно спокойно. Об этом чекисты узнали из захваченных ими позднее дневников агентов абвера. В первой половине сентября в дневнике Рандмяе записано:
«...Железная дорога найдена. Начинаем разведку. Наблюдение ведем круглосуточно.
...Хорошо бы встретиться со второй группой».
Шпионские группы встретились только 14 сентября. В дневнике Тарту отмечено:

Крах опасного замысла
tornitore
161
Г. Г. Власов
«...Были несколько дней все вместе, приводили в порядок снаряжение и вещи. Пробыли довольно продолжительное время без тревоги».
В разведцентр в Таллин регулярно, два раза в сутки, шпионы направляли метеосводки, но главное внимание уделяли разведывательной информации. Вот несколько шпионских донесений:
«...По железной дороге в течение суток проходит 29 поездов. Паровозы новейших образцов, некоторые 1942 года выпуска. Поезда главным образом с военным грузом, вооружением и живой силой. На железной дороге патрули».
«...Шоссейная дорога Осинова Гора — Коноша. Подъемная сила — 3 тонны. Автомобильное движение регулярное. Перевозки воинских частей... Железнодорожная линия Вельск — Коноша построена в 1941 году».
«...Находимся на восточном берегу реки Волошки. Ведем разведку местности».
Но так продолжалось недолго. Жизнь в северной тайге оказалась намного сложнее и беспокойнее, чем рисовали ее своим агентам Целлариус и его помощник Кристьян. В дневнике Тарту находим такую запись:
«...Сегодня был довольно неприятный день. Началось с того, что я рано утром немного отошел от своих ребят. И это было к счастью. Я заметил, что на лесной дорожке с северной стороны двигалась группа людей, вооруженных автоматами и винтовками. Быстро отошел с дорожки, лег за кочку и следил за ними. Они прошли мимо меня. Голоса смолкли. Осторожно поднялся и стал пробираться к своим ребятам. Прибежал весь в поту, сообщил об опасности. Быстро замели следы, двинулись дальше.
...Теперь находимся в 4—5 километрах в густом лесу. Продолжительное время была слышна русская речь. Вышли на окраину леса. Вынуждены повернуть, чтобы не нарваться на кого-либо. Вокруг слышались выстрелы пулеметов. Это вызывает дрожь. Страшен русский лес».
Агент Рандмяе в дневнике записал:
«...Тринадцатый день в лесу. Погода холодная. Но у нас были и жаркие дни. Они начались с выхода на железную дорогу. Нас приметили две старушки. На следующий день облава. Арни и Кийв еле спаслись. Пришлось удалиться в болота. Зашли в заросли, чтобы по-
1Ь2
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
дождать до темноты. Облава продолжалась. Прошло до 40 человек. Удалось отлежаться в густом кустарнике».
Встреча со школьником оказалась для шпионов роковой.
В ясный сентябрьский день Коля Соловьев, школьник из деревни Ануфриево, удил рыбу на берегу речки Оси-новки около старой водяной мельницы. Около полудня к мельнице подошла группа вооруженных автоматами людей. Завидев подростка, они, как заметил Коля, несколько растерялись. Один из них подошел к нему и вступил в разговор.
Что делаешь?
Ловлю рыбу,— ответил Коля.
Расспросив Колю о том, далеко ли отсюда железная дорога и как лучше к ней пройти, неизвестный, заметив некоторое смущение подростка, дал ему сигарету и две плитки шоколада. Затем сказал:
Мы из НКВД. Задание выполняем.
Не сходя с места, Коля Соловьев проследил, в каком направлении ушли неизвестные, и поспешил в деревню, в сельский Совет. Там находился чекист из Архангельска Щеколов. Коля рассказал ему о встрече с группой «сотрудников НКВД».
Только я думаю,—продолжал школьник,— что это не чекисты, а шпионы, о которых вы нам рассказывали. Их было шестеро. У всех автоматы и мешки за плечами. Тот, что подходил ко мне, говорил по-русски, но не совсем чисто. Автомат у него не такой, как у наших бойцов. Спрашивал, как пройти к железной дороге. Угостил меня папироской и шоколадом.
Ты, Коля, очень хорошо выполнил задание. Молодец! — искренне похвалил чекист школьника, который по его поручению под видом рыбалки находился на посту наблюдения.
Рано утром сформированная из местных жителей поисковая группа с розыскной собакой направилась по следу неизвестных. Начался дождь. След затерялся. Только на рассвете следующего дня, 27 сентября, в районе Ка-расава удалось обнаружить замаскированную в лесу палатку. Несколько бойцов поисковой группы направились к ней. Около нее находился часовой. Заметив приближавшихся к нему людей, он дал в их сторону очередь из автомата. Началась перестрелка. Из палатки один
6•
163
Г. Г. Власов
за другим выскакивали фашистские агенты с автоматами в руках. Один из них упал замертво, остальные разбежались. Захватить их не удалось.
Участники поисковой группы нашли в палатке автомат, три пистолета, ящик с патронами, сумку с документами. Среди трофеев оказались черновые записи радиста и аэрофотосхемы с многочисленными пометками.
Преследование скрывшихся агентов противника продолжалось. В тот же день розыскная собака привела наших бойцов к стогу сена. Там нашли тяжело раненного шпиона, который вскоре скончался.
В тот день агентам абвера связаться с таллинским разведцентром не удалось. И только следующим утром они отправили в Таллин радиограмму: «На нас напали русские. Погибли Роотс и Вебель. Ранены Рягастик и Кривайн. Двигаемся в направлении озер. Длинный путь невозможен. Нельзя ли поскорее вывести нас отсюда? Нужен хирург».
Полученная на другой день ответная радиограмма из «Бюро Целлариуса» гласила: «... Впадать в панику не следует, не оставляйте разведку железной дороги, продвигайтесь к конечной цели — озеру Лача. Идите на соединение с первой группой. Эвакуируем всех вместе. Завтра ожидайте самолет с продовольствием, питанием для батарей и ядом для собак».
После первого вооруженного столкновения с вражескими лазутчиками чекисты усилили их преследование. Дневниковые записи характеризуют обстановку, в которой они оказались. «Прошли за ночь 20 км,— указывает в дневнике Рандмяе.— Марш не из приятных... Как долго придется еще искать озеро, а там ждать самолет, который должен прийти за нами?»
В поиск вражеских агентов включился Особый отдел Карельского фронта. По договоренности с командованием в район их пребывания были направлены самолеты-разведчики. Частые полеты этих самолетов держали фашистских лазутчиков в постоянной тревоге. В древнике Рандмяе находим такую запись: «...Над нами кружил самолет... Вчера после обеда он опять покружился над нами. В нашу сторону была открыта пальба».
Радиопереговоры шпионов с разведцентром перехватывались. Чекисты раскрыли применяемые абверовски-
164
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
ми радистами шифры и коды. В результате в штабе поиска каждый день знали, какую информацию агенты передают в Таллин, какие указания получают из «Бюро Целлариуса». В радиограммах шпионы ссылались на аэрофотосхемы района. Такие же схемы оказались в руках чекистов, что позволило штабу Куприна более точно определять направление следования вражеских лазутчиков.
Наступил октябрь. Выпал снег. Следы не скроешь. Поисковые группы активизировали свою деятельность. Самолеты с продовольствием для шпионов прилетают нерегулярно. В Таллин идут радиограммы одна тревожнее другой:
«Русские не дают никакой возможности собирать сведения. Погода становится невыносимой — холодно, сыро. Порвались одежда, обувь».
«Вынуждены заниматься грабежами, голодаем. Ускорьте эвакуацию».
Чтобы уйти от поисковых групп, агенты петляли по лесу, выходили на связь с разведцентром без расписания, минировали пути отхода, создавали ловушки с применением взрывчатых веществ. Позднее чекистам стало известно, как они это делали. Взрывчатка, мины и яд для собак сбрасывались с самолетов в специальных упаковках с предупреждающим знаком «Красный крест», что означало «Опасный груз». Получая груз с такой пометкой, шпионы знали, как с ним обращаться. Маскируя свои базы с продовольствием и снаряжением или пути отхода, они создавали на приметных местах видимость «забытых» ими упаковок — «торпед». Проявление интереса к таким коробкам и ящикам могло привести к тяжелым последствиям. В дневнике одного из агентов абвера записано: «Хорошо, что часть торпед имеют знак «Красный крест». Это отобьет желание у русских разыскивать торпеды».
Для чекистов и пограничников подобный прием из арсенала вражеских разведок не являлся новым. При обнаружении таких «грузов» они проявляли осторожность и призывали других участников поиска, особенно местных жителей и школьников, быть бдительными. Давали советы, как поступать в таких случаях. Однако без жертв не обошлось. Политрук поисковой группы Филонов подорвался на мине.
165
Г. Г. Власов
9 октября шпионские группы встретились вновь. Но ничего хорошего эта встреча им не принесла. В дневниках появились весьма грустные записи. Вот одна из записей Тарту:
«...Вчерашний день стал самым печальным в нашей жизни. Встретили других с поникшими головами. Вместо шести увидели четырех. Вебель и Роотс при утренней облаве русских 27 сентября погибли. Ранили Кривайна и Рягастика. Группа чудом избежала полного уничтожения. Положение скверное».
Между тем из разведцентра не переставали требовать представления разведывательной информации. Однако вместо продолжения разведки агенты настаивали на эвакуации.
Наконец пришло время, когда лазутчики получили из Таллина долгожданное распоряжение о подготовке к эвакуации. В нем был назван и конечный пункт следования — озеро Лача.
К этому пункту шпионские группы добирались порознь. К 21 октября они подошли к восточному побережью озера. Утром ожидалось прибытие самолета. В тот день агент Рандмяе в дневнике записал:
«...Идет снег. Земля белая. Наши волосы и бороды также белые... Утром ожидаем самолет. Вторая группа от нас отделилась ночью. Такое указание было из Таллина: ожидать в двух пунктах в 4—5 километрах друг от друга».
О прибытии самолета на озеро Лача чекисты знали из перехваченных радиограмм. 21 октября наш радиооператор дважды зафиксировал выход в эфир вражеской рации с восточного берега озера. Лазутчики сообщали о готовности встретить самолет, о районе своего местонахождения. Вечером того же дня в радиограмме из Таллина шпионов предупредили: «Ждите самолет в 7.00, эвакуируем всех вместе».
Как только эта радиограмма была расшифрована, комиссар госбезопасности Куприн принял соответствующие меры. Штаб руководства операцией направил на катере и барже в район расположения шпионов роту курсантов Каргопольского военного училища. Им предстояло захватить агентов и самолет.
Ранним утром послышался гул самолета. Через короткий промежуток времени в воздухе показался «Хейн-
766
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
кель-115». Сделав круг над озером, он приводнился примерно в четырехстах метрах от места расположения одного из взводов курсантов. Едва самолет коснулся воды, как из леса выбежали вражеские лазутчики и вброд поспешили к нему. Курсанты открыли по ним огонь из винтовок, а из ручного пулемета обстреляли самолет. Группа шпионов, прикрывавшая эвакуацию, укрылась в лесу и ответила автоматным огнем. Нескольким агентам удалось забраться в самолет. Хотя «Хейнкель-115» получил повреждение, он все же поднялся в воздух. Оставшиеся на берегу шпионы поспешно скрылись в тайге. За ними устремились поисковые группы.
Через несколько часов над озером появился другой немецкий гидросамолет. Сделав круг и не заметив условных сигналов, улетел обратно. После этого сюда наведывались еще два вражеских самолета.
От летчиков, побывавших в том районе и вернувшихся в Таллин, Целлариусу стало известно, что «Хейнкель» поднялся с озера Лача и сделал вынужденную посадку на Юнгозере. А дальше никакой ясности не было.
Особую тревогу в разведцентре вызывало упорное молчание радиста Пауля, являвшегося старшим одной из шпионских групп. Таллин настойчиво требовал от радиста другой группы — Керри срочно сообщить, что стало с Паулем и остальными агентами. Где они? Почему молчат? Керри не сообщил ничего утешительного: «С ними расстались на озере Лача. Они добрались до самолета. Где находится Пауль и его группа, ничего не знаем».
После 22 октября наши радисты стали засекать передачи только одной вражеской радиостанции. Но следить за ними стало значительно труднее: радист Керри перешел на связь с разведцентром по свободному расписанию и выходил в эфир до четырех раз в сутки. Однако наши радиооператоры фиксировали все без исключения радиограммы, следовавшие из северной тайги в Таллин или в обратном направлении. Шпионы уже не просили, а с отчаянием требовали от разведцентра помощи, продуктов, умоляли ускорить их эвакуацию: «Находимся на озере Белое. Холодно и голодно. Вчера было столкновение с преследователями. Вынуждены из этого района уходить. Живем грабежами».
События после схватки на озере Лача развивались
167
Г. Г. Власов
своим чередом. Подбитый самолет «Хейнкель-115» совершил вынужденную посадку на Юнгозере. Прибывшие сюда чекисты вместе с авиаспециалистами осмотрели гидросамолет. Маслобаки левого мотора имели пулевые пробоины. На борту самолета находились три трупа. Ими оказались: командир корабля обер-лейте-нант Курт Хельт, стрелок-радист Генрих Ахерн и руководитель разведывательной группы абвера Артур Ря-гастик. Четыре агента во главе с радистом Паулем и третий член экипажа самолета, вооруженные автоматами, скрылись. Шпионы так спешили, что не захватили с собой радиостанцию. Агент Рандмяе позднее записал в дневнике:
«...Самолет, пролетев 20 минут, сделал вынужденную посадку. Взяли спасательные лодки. Мешки и радио пришлось оставить, потому что из отверстия самолета невозможно было вылезти, а также торопились. Здесь нас пять человек и двухдневный запас продовольствия».
Агент Тарту оставил в своем дневнике более откровенную запись: «...22 октября. На озере Лача прибыл самолет, по которому русские открыли огонь. Вскоре удалось подняться. Через 35 минут вынужденная посадка. Рягастика и двух немцев из экипажа оставили в неисправном самолете тяжело раненными. Покидая самолет, сами их пристрелили. Теперь, как бедные черти, воруем и грабим в деревнях продукты. Двигаемся пешком по направлению к фронту. Еще идти 250 километров».
На этом записи в дневниках шпионов кончаются.
На розыск и задержание шпионской группы Пауля комиссар госбезопасности П. Т. Куприн направил разведывательно-поисковую группу из бойцов отдельного стрелкового батальона войск НКВД. Путь следования вражеских агентов бойцы поисковой группы определили не сразу. Но вскоре с помощью местных жителей вышли на их след. Колхозники из деревни Семеново, расположенной на левом берегу реки Водлы, сообщили, что на днях не оказалось лодки на переправе, а в лесу видели каких-то вооруженных людей. В другой деревне неизвестные забрали у колхозников хлеб и картофель. В одном доме отобрали полушубок. Следы шпионов вели к пустующим баракам, находившимся примерно в десяти километрах от деревни Семеново.
168
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
Командир взвода лейтенант Голуб сформировал группу захвата. В нее вошли: младший сержант Василий Мищенко, пулеметчик рядовой Иван Аикин, стрелки Петр Еремкин и Иван Степин.
К баракам подходили ночью, без шума. В ходе осмотра местности Мищенко обнаружил на лесной тропинке свежие следы, ведущие к одному из бараков. До наступления рассвета бойцы наблюдали за строением. Часового около него не было. На рассвете младший сержант уточнил действия бойцов. Оставив Степина в секрете у тропинки, группа захвата направилась к бараку.
Войти в барак Мищенко решил сам. Бойцы заняли позиции у окон. Мищенко осторожно вошел в сени и, рывком распахнув входную дверь, крикнул с порога:
Встать! Руки вверх! Не двигаться, а то буду стрелять!
В эту же секунду в помещение полетели осколки оконных стекол. В разбитом окне показался ствол винтовки Еремкина, в другом — ствол ручного пулемета Аикина. Оба бойца громко повторили команду: «Руки вверх!»
Перед Мищенко находились четверо неизвестных, в гражданской одежде. Они сидели за столом. Пятый был на скамье справа от двери. На столе лежали два автомата. От неожиданности неизвестные оцепенели и, повинуясь приказу, быстро встали с поднятыми руками. Тут же последовала команда:
Выходить по одному, не опуская рук!
Все пятеро покинули барак и оказались в окружении бойцов.
Ложись! Лицом вниз, руки вперед!
Один из задержанных, нагибаясь, выхватил из-за пазухи пистолет, поднес к виску и выстрелил. Это был бортмеханик самолета «Хейнкель-115».
Бойцы обезоружили шпионов и доставили их в штаб батальона. У задержанных оказалось четыре автомата, шесть пистолетов, две ракетницы, пять компасов и бинокль.
Командование батальона высоко оценило действия группы захвата, возглавляемой младшим сержантом Мищенко. В архивном документе по этому поводу говорится: «Весь состав группы действовал умело и решительно, проявил сноровку, что обеспечило задержание большой по численности и хорошо вооруженной, разве-
169
Г. Г. Власов
дывательной группы противника... Младший сержант Мищенко В. И., красноармейцы Еремкин П. Г., Аикин И. В., Степин И. отмечены правительственными наградами».
Между тем вторая шпионская группа продолжала продвигаться в западном направлении к линии фронта, уже не надеясь на помощь своего разведцентра. Радист Керри отправлял в «Бюро Целлариуса» полные отчаяния радиограммы. Вот одна из них:
«Четыре дня голодаем, мы ослабели. Сбросьте хотя немного продуктов. На самолет потеряли надежду. Будем возвращаться пешком между озерами. Холодно, шлите снаряжение. Существуем за счет грабежей. Нет продуктов. Русские преследуют. Четыре раза вступали в перестрелку».
И так чуть ли не каждый день.
Незваных «гостей» по пятам преследовали поисковые группы курсантов военного училища, воинов-погранич-ников, бойцы истребительного отряда из местного населения.
Для руководства операцией по задержанию вражеских агентов в район деревни Дальняя Зеленя прибыл комиссар госбезопасности П. Т. Куприн с группой оперативных работников. Находившиеся в лесном массиве шпионы были окружены.
Посланцы абвера оказались в безвыходном положении. В Таллин полетела радиограмма: «Видимо, ваша помощь нам невозможна. Самолеты из-за снегопадов летать не могут. Мы окружены. Будем спасаться и держать связь, пока возможно».
Это была последняя радиограмма Керри.
Операция завершилась захватом пяти вражеских агентов. Шестой шпион был убит. Из Архангельска в Центр пошло специальное сообщение. В нем говорилось: «...Две шпионско-диверсионные группы полностью ликвидированы. 9 разведчиков задержаны, 4 — убиты при столкновениях. В ходе операции изъято 5 баз с продовольствием и экипировкой, 2 радиостанции, шифры, коды, топографические карты, аэрофотокарты, дневники, 10 автоматов, 13 пистолетов, 1 винтовка, 13 тысяч боевых патронов, аппарат для подслушивания телефонных разговоров, радиоприемник, сигнальные фонари, 25 парашютов, резиновые лодки, бинокли.
170
КРАХ ОПАСНОГО ЗАМЫСЛА
Из показаний шпионов и документов установлено, что немецкое командование намеревалось высадить в Коноше крупный воздушный десант, преследуя цель перерезать северные коммуникации, изолировать Север от центральной части СССР и развить наступательные операции от станции Коноша на юг в направлении г. Вологда.
Для обеспечения этой операции разведывательными данными и был сброшен вражеский десант».
Вывод, сделанный в 1942 году советскими контрразведывательными органами о стремлении фашистского военного руководства осуществить операцию по захвату Вологды, нашел убедительное подтверждение в книге академика А. М. Самсонова «Сталинградская битва» (издательство «Наука», 1989 г.). Опираясь на немецкие источники, автор этого исследования указывает, что 24 августа 1942 года на специальном совещании у Гитлера в числе ряда обсуждавшихся вопросов предусматривалось проведение наступательной операции с целью захвата Мурманской железной дороги и овладения Вологдой.
Известно, что такого наступления гитлеровские войска предпринять не смогли. О причинах срыва этого опасного замысла читатель может судить, учитывая сокрушительный провал разведывательной акции, проведенной фашистским абвером осенью 1942 года в глубоком тылу Карельского фронта.



[reposted post]В октябре 1942 года опергруппы НКВД ликвидировали эстонских диверсантов и захватили Хе-115 (фото)
deruluft
reposted by tornitore
Из дневника агента-парашютиста Тарту





"На озеро сел самолет, и по нему русские открыли огонь. Самолет поднялся, но вынужден был сделать посадку. Дальше он лететь не мог. Мы пристрелили тяжелораненых и выбрались на берег. Двигаемся по направлению к фронту. Еще идти 250 километров. "





Еще фотографии и сообщение НКВДCollapse )

[reposted post]В ноябре 1942 Красная Армия захватила на станции Чир (под Сталинградом) 99 немецких самолетов
deruluft
reposted by tornitore

1. Немецкие самолеты, захваченные на станции Чир. Фотография Э.Евзерихина, Росфото. Крайний справа - Ме-109 Е-7 (черный треугольник + белая N) - см. №6 в списке.

Тип Количество
Me 109 60
Ju–88 8
Hs–123 6
Me–110 5
Ju–87 4
Ju–52 4
Fi–156 4
FW–189 4
Hs–129 1
Do–17 1
Go–145 1
He–111 1
Итого 99



смотреть список захваченных самолетов с указанием серийного номера, индивидуальных обозначений и эмблемCollapse )

Илон Маск и Марк Цукерберг - герои или мошенники?
tornitore
Оригинал взят у ruslanostashko в Илон Маск и Марк Цукерберг - герои или мошенники?


Признаюсь честно, я устал от бесконечных причитаний фейсбук-общественности, которая сильно недовольна отсутствием в России таких титанов современной экономики как Марк Цукерберг или Илон Маск. В этом смысле наша фейсбук-общественность ничем не отличается от бывшего посла США в России, господина Макфола, который троллил российских студентов тем, что у Америки айфон есть, а российского аналога айфона — нет. В этих причитаниях, так называемого, креативного класса восхищает даже не изначальная убогость аргументации, сколько тот факт, что фанаты героев американского капитализма мало, что о них знают.

Read more...Collapse )


СБ бомбардировщик Учебный фильм НИИ ВВС
tornitore

СБ скростной бомбардировщик. Скоростной, по сравнению с советскими истребителями. Марк Солонин очень любит этот самолет. Если покажете ему это видео, то он вам даст в жопу.

Штурмовик "Пегас" Учебный фильм НИИ ВВС
tornitore

"Пегас" . Конкурент Ил-2.

Р-5 Учебный фильм НИИ ВВС
tornitore

Р-5 Небесный тихоход.

?

Log in

No account? Create an account